Непризнание духа

Проф. д-р Пол Имхоф о вере, свободе и кризисе нашего времени

Нуждается ли человек в вере, или достаточно разума?
Является ли неверие действительно противоположностью веры, или лишь её иной формой?

В беседе с Проф. д-ром Полом Имхофом речь идёт не о религиозных лозунгах, а о фундаментальных вопросах человеческого существования: свободе, отношениях, истине и ответственности. Философ и теолог рассказывает о своём собственном пути между сомнением и просветлением, об искушении самооптимизации и о том, почему не нехватка структур, а непризнание духа стало подлинным кризисом нашего общества.

Интервью о доверии, смирении и вопросе, кому или чему мы отдаём своё сердце.

Господин профессор Имхоф, задавая самый основной вопрос: нуждается ли человек, по вашему мнению, в вере, или общество без веры тоже возможно?

Мыслимо почти всё, но фактически так, что есть люди, верующие в Бога. Верить однако не означает, что нужно принимать за истину как можно больше непостижимого. Поэтому я различаю между верой, заблуждением и суеверием. Кто в межличностных отношениях всегда говорит да но, но, но, тот лишь указывает на несвободные, неудавшиеся отношения.

Многие люди сегодня говорят о себе: Я не верю. Согласились бы вы, что это невёрие уже является формой веры, а именно верой во что-то другое?

Отвечая провокационно: я верю людям их веру и при необходимости также их неверие. Почему? Потому что я гуманист. Верить по-латыни звучит credo и происходит от cor-do, т. е.: я даю своё сердце. Я не считаю ни одного человека бессердечным. Но конечно, некоторые люди привязывают своё сердце также к чему-то, что впоследствии оказывается неправдой или недостойным доверия.

Если мы принимаем, что человек всегда во что-то верит: нужна ли тогда рамка для веры, моральная, общественная или духовная? И кто или что определяет эту рамку?

С точки зрения теории коммуникации недостаточно верить только во что-то. Тогда ведёшь себя в принципе ниже уровня собственной свободы. Мы — личности. Межличностно я верю кому-то, а не только чему-то. Рамку я считаю для себя излишней. Однако хорошая религиозная община является высокой ценностью.

Вы занимались многие годы научно и лично вопросами веры: как выглядел ваш собственный путь веры? Были ли переломы, сомнения, может быть, даже сознательный отход, и что в конечном счёте вас сформировало?

Да, я защитил диссертацию по философии и по теологии и в настоящее время преподаю в различных университетах и высших школах. Кроме того, я руковожу Христоцентрическим учебным домом Академии Святого Павла. Конечно, я знаком с миром сомнений. Я ценю Ницше и Фейербаха. Долгое время я жил как монах, теперь я отец четырёх дочерей и благословлён пятью внуками. Кроме того, я женат на Штефани Имхоф. Всё это шло не без переломных моментов и разрывов.
Благодаря опыту просветления много лет назад в моей жизни есть тем не менее большая преемственность, а не только разрывы.

В эпоху индивидуализма и самооптимизации: какую роль может или должен играть Бог сегодня, не абстрактно, а совершенно конкретно в жизни человека?

Индивидуализм — это эгоизм. Почему? Цитируя Фому Аквинского, который воспринял Аристотеля. Individuum est indivisum in se et divisum ab omne alio, т. е. индивидуум неделим в себе и отделён от всего остального. Как там может удасться самоотдача и принятие другого в любви?
И теперь о самооптимизации. На церковных окнах кое-где ещё написано D.O.M. Для Бога, Domino, Лучшего, Optimo и Величайшего, Maximo. Как только люди ставят себя на место Бога, начинается стресс — стать как Бог, короче говоря, мегаломания с часто ужасными последствиями для ближних. Что хорошо для твоего тела, твоей души и твоего духа? Это стоит делать. И этого более чем достаточно. Никому не нужно быть лучшим.

И совершенно лично: какое значение имеет для вас лично Иисус Христос, интеллектуально, духовно и в повседневной жизни? Изменились ли эти отношения на протяжении вашей жизни?

Я верю в Иисуса Христа. Он и его послание для меня достоверны. Его Дух, Святой Дух, продолжает действовать. Поэтому я изучаю жизнь Иисуса Христа и историю его воздействия. Как почётный пастор я слушаю то, что люди мне рассказывают и говорят. Я проповедую, читаю лекции, пишу книги, крещу, венчаю и хороню. Это моя повседневная жизнь.
В живых отношениях всегда учишься, то есть они меняются. Христиане — не лучшие люди, чем другие, но живут в дополнительных отношениях с Иисусом Христом.

В заключение с взглядом на современность: когда вы смотрите на наше общество, кризисы, поляризацию, дезориентацию, чего нам, по вашему мнению, не хватает больше: веры, доверия или смирения?

Этот вопрос напоминает мне мой разговор с 103-летним господином Пикертом в Борхеме. В чём самая большая нужда в Германии? спросил я 20 лет назад у друга Рудольфа Штайнера. Он не ответил ничего. Тот же вопрос ещё раз. Тогда у него возникло вдохновение, и он ответил ясно и с полной силой: Непризнание духа! С этого начинается упадок ценностей.
Духов надо различать. Дитём какого духа является кто-то? Еврейское слово Ämät означает одновременно истину, доверие и веру. Слово Emunah — это интенсивная форма. Отсюда происходит наше немецкое слово Аминь. Истинно то, что верно. В истории об Эммаусе объясняется не только смысл Священного Писания, но и рассказывается, как можно найти свой мир на земле. Длинный текст находится у евангелиста Луки в 24 главе.